От 3 900 «настоящих корсиканцев»

Мировой ежегодник корсиканцев, опубликованный по случаю двухсотлетней годовщины со дня рождения Наполеона (1769— 1969), остался верным от начала до конца императорской преем­ственности. Он открывается репродукцией портрета Его высоче­ства принца Наполеона и рекламой платка, выпущенного к двух­сотлетию. Реклама лакомств («Кто не поддался искушению ну­гой, пересекая Монтелимар?») указывает также на возможность для проезжающих найти приют в этом городе на «перевалочном пункте императора». Дистрибьютер «Пежо», в свою очередь, по­мещает себя под знак автомобильной «великой армии» (которая намекает на резиденцию фирмы «Пежо», расположенной в Пари­же, на проспекте Гранд-Арме («Великой армии»)…). Также еже­годник информирует по ходу о выходе в свет подлинной (значит, есть и фальшивые?) истории битвы при Аустерлице, с цветными иллюстрациями. Специалисты по игрушечным солдатикам времен 1800-1815 годов, а также императорская батарея с фанфарами, школьная и муниципальная из Шарантон-ле-Пон, то есть пятьде­сят музыкантов и барабаны, представили свои инсценировки.

И наконец идет галерея «почетных корсиканцев, соратников Наполеона и друзей Корсики»: среди них фигурируют драматур­ги, академики, историки, писатели, романисты, писавшие на блат­ном жаргоне, телепродюсеры, певцы, театральные актеры, врачи, военные, потомки маршалов Империи, политики и парламента­рии, часто времен де Голля.

От бонапартистского сектора Ежегодник охотно переходит к историческим дисциплинам, в основном касающимся острова, и часто добротного качества (другие отрасли знания практически не представлены в издании). Показываются и продвижение ту­ризма и американизация: многочисленные виллы в заливе Аяччо, аренда машин в Бастии… корсиканцы с острова и из диаспоры, представленные в издании (3 900 человек в списке) на треть при­надлежат государственному сектору и на две трети — частному сектору. Пропорция «государственных людей» велика, но, одна­ко, не столь велика, как может показаться, если брать в расчет только стереотипы, глупо отождествляющие островитян (корси­канцев) с чиновниками (французскими).

Идет ли речь о 3 900 «настоящих корсиканцах» или о 375 «по­четных корей канцах», представленных в общем и сфотографиро­ванных для Ежегодника, все представлены в своих портретах как минимум на одной фотографии, где отражено лицо в фас или в профиль. Есть, однако, три исключения: один диктор и один фо­тограф запечатлены соответственно рядом с собакой и с носоро­гом; что касается Жизель Валентини, она сфотографирована в рост, стоя на одном колене, в открытом купальнике в цветочек: она происходила из Бастии и стала в 1966 году «Мисс Корсика», и в том же году получила титул «Мисс Франция». Своей милой внешностью она как бы подводит итог тому, что судьба острова уже неотделима от судьбы Франции. Другое время, другие книги: в 1990 году подобного рода работа была бы другой по составу. «Корсиканство» за двадцать лет изменило свой порядок. 256 000 жителей острова (максимальная цифра?) (среди которых от 35 000 до 40 000 эмигрантов из стран Магриба, в том числе не­большое меньшинство военнослужащих вспомогательных войск) вряд ли бы узнали себя в этом Мировом ежегоднике своей стра­ны. И однако Корсика всегда остается Корсикой…